44th International Philological Research Conference

История создания «Тиары века»: адаптации клоделевской трилогии И. Аксеновым и учебным театром Мейерхольда

Елена Дмитриевна Гальцова
Докладчик
главный научный сотрудник
Институт мировой литературы РАН

129
2015-03-14
11:30 - 12:00

Ключевые слова, аннотация

В докладе рассматривается история создания трагедии «Тиара века» — вольной композиции А. Аксенова по драмам П. Клоделя «Заложник» и «Тяжелый хлеб», составлявших, вместе с пьесой «Униженный Отец», трилогию, посвященную Папе Римскому. Пьеса И. Аксенова была предназначена для театра Мейехольда и была поставлена в его учебных мастерских в 1922 г. Предлагается сравнительный анализ текстов Клоделя и Аксенова с привлечением архивных материалов, а также восстановление истории постановки и реконструкция спектакля.

Тезисы

Доклад посвящен исследованию проблемы восприятия французской религиозной культуры в рамках советской идеологии начала 1920-х годов. В докладе рассматривается история создания трагедии «Тиара века» - вольной композиции А. Аксенова по драмам П.Клоделя «Заложник» и «Тяжелый хлеб», составлявших, вместе с пьесой «Униженный Отец», трилогию, посвященную Папе Римскому (L’Otage, Le Pain Dur, Le Père Humilié, L’Otage, Le Pain dur). Пьеса И. Аксенова предназначалась для театра Вс. Мейехольда и была поставлена в его учебных мастерских в 1922 г. (постановка В. Федорова, костюмы Л. Поповой) Предлагается сравнительный анализ текстов Клоделя и Аксенова с привлечением архивных материалов, а также восстановление истории постановки и реконструкция фрагментов спектакля. Об интересе Мейерхольда к Клоделю свидетельствует упоминание в 1920 г. в репертуаре Театра РСФСР № 1 о пьесе «Златоглав» как готовящейся к постановке. Однако этому проекту не суждено было осуществиться.  В то же время ректор ГИТИСа И. Аксенов, переводивший также и другие иностранные пьесы, берется за Трилогию. Выбор был не случаен. С одной стороны, он был прямо или косвенно инспирирован Луначарским, который поддерживал постановки Клоделя как один из образов «революционной мистерии» в Московском Камерном театре и который еще в 1914 г. писал о том, что пьеса «Заложник» воплощала  идеалы героизм и самоотречения и тем самым превосходила конфессиональные рамки.  В театре Мейерхольда из трилогии Клоделя собирались сделать не мистерию, а образцовую «трагедию», в которой происходят исторические события XIX в., связанные с последствиями французской революции. Сравнительный анализ французского оригинала и перевода на русский язык свидетельствует не только об очевидных расхождениях с Клоделем, но и о парадоксальном стремлении Аксенова к максимальной верности источнику, который он должен был перерабатывать.  Вопрос о переводе позволяет также прояснить соотношение между восприятием клоделевской эстетики и программой конструктивизма – стиля, в котором в интересующий нас период работали мастерские Мейерхольда. Анализ перевода и реконструкция фрагментов спектакля дают возможность проследить основные принципы культурного трансфера (Франция-СССР) на стыке религии и идеологии  в ранний период  развития советской культуры.