44th International Philological Research Conference

Эвиденциальность в мансийском языке

Каталин Шипёц
Докладчик
доцент
University of Szeged, Hungary

198
2015-03-11
16:00 - 16:20

Ключевые слова, аннотация

В последние годы в научной литературе по уралистике грамматическая категория эвиденциальности стала одним из самых исследуемых вопросов. Во многих уральских языках используется грамматикализированная эвиденциальность (эстонский, ливский, марийский, коми, удмуртский, обско-угорские и самодийские языки), однако название эвиденциальность присоединилось к этим явлениям лишь в последнее десятилетие. Цель моего доклада заключается в рассмотрении доступной информации о мансийской эвиденциальности, и ее дополнении.



Тезисы

Эвиденциальность – это грамматическая категория, с помощью которой говорящий в процессе рассказа указывает на источник сообщаемой информации.  По грамматической реализации эвиденциальное содержание может быть выражено многими способами. В менее грамматикализированной форме такую функцию могут носить наречие, модальные слова, словосочетание, более грамматикализированным способом являются в данном языке частицы, модальные глаголы, специальные формы глаголов (аффиксальный элемент, модальный (вспомогательный) глагол или наклонение глагола). Достоверность может иметь несколько различных способов: прежде всего следует различать достоверность, приобретенную косвенным или прямым путем. В случае прямой эвиденции, на источник информации указывают органы чувств говорящего, то есть говорящий видел, слышал, либо другими чувствами воспринял ту новость, о которой он рассказывает. При косвенной эвиденции рассказ основывается либо на слухах, либо на выводах. Перечисленные типы в некотором роде может выразить любой язык, но не каждый язык располагает грамматикализированными средствами.   Во многих уральских языках используется грамматикализированная эвиденциальность (эстонский, ливский, марийский, коми, удмуртский, обско-угорские и самодийские языки), однако название эвиденциальность присоединилось к этим явлениям лишь в последнее десятилетие, до этих пор при описании языка в основном появлялась под названием категории очевидности/неочевидности. В описаниях и грамматиках мансийского языка также долго не появлялась категория эвиденциальности. Для уральских языков, обладающих данной категорией, характерно, что формально данную функцию несет причастная форма глагола.   В мансийском языке используется только одна категория эвиденциальности, то есть нет отдельных глагольных форм для различения разнообразного характера сбора информации. В мансийском языке формы глаголов, служащие для выражения эвиденциальности, омонимичны причастиям, к ним относятся указывающие на лицо окончания, которые в случае объектного спряжения содержат и указывающую на объект морфему. Окончания в случае с эвиденциальностью настоящего времени формально  одинаковы с притяжательными личными окончаниями (Рх), однако в случае эвиденциальности прошедшего времени и пассивной эвиденциальности они совпадают с глагольными окончаниями субъектного и объектного спряжений (Vx).   Учитывая использование эвиденциальности, научная литература подчеркивает, что выраженное ею действие с характером неочевидности, неожиданное или поразительное. Учитывая их распространение данные формы характерны для северного диалекта. Частота эвиденциального использования, жанровая и зарегистрированная его привязанность требуют дальнейшего исследования. Дальнейший – в первую очередь происходящий с языковыми информантами – объект исследования: насколько может быть обязательно использование эвиденциальных форм, то есть, встречаются ли такие ситуации, которые могут быть выражены только путем эвиденциальности, то есть конструкция с изъявительным наклонением может считаться неграмматической. В моем докладе хотела бы рассмотреть использование эвиденциального наклонения глагола на основе одной ивдельско-мансийской сказки.