XX Открытая конференция студентов-филологов в СПбГУ

Русицизмы в мемуарных текстах сибирских эстонцев

Елизавета Олеговна Дьяченко
Докладчик
студент 4 курса
Санкт-Петербургский государственный университет

199
2017-04-19
16:20 - 16:35

Ключевые слова, аннотация

Доклад посвящен исследованию русских заимствований в языке сибирских эстонцев. Материалом исследования послужили мемуарные тексты, записанные со слов сибирских эстонцев. При знакомстве с мемуарными текстами была сделана представительная выборка заимствований, систематизация которых помогает объяснить их происхождение и особенности употребления.

Тезисы

«Сибирский эстонский язык» — это язык эстонцев, проживающих в Сибири.
Оказавшись в чуждой для себя среде, эстонцы «законсервировали» свой язык, выработав со временем особый сибирский эстонский вариант, который является объектом исследования лингвистов.
Исследуя мемуары, записанные со слов сибирских эстонцев, мы обратили внимание на значительное количество заимствований из русского языка. Составив представительную выборку слов, мы попытались проанализировать случаи их употребления, контексты, в которых они использовались, и их орфографические, грамматические и семантические особенности.
Заимствования из русского языка в сибирском эстонском укладываются в несколько групп, объединенных особенностями их употребления:
  1. Контекстные заимствования, несущие эмоциональную нагрузку
    Часто русские слова в сибирском эстонском обладают отчетливой эмоциональной окраской и используются в строго определенных контекстах. Так, pitškid — ‘спички’, tšaj — ‘чай’, mahorka — ‘махорка’, brigaada — ‘бригада’ используются для того, чтобы подчеркнуть контекст, внутри которого происходит описываемое действие, создать эмоциональный фон повествования.
    Зачастую для расширения эмоционального воздействия используются целые высказывания: nitševoo netu — ‘ничего нету’, pristreljuu — ‘пристрелю’, prikaz Stalina — ‘приказ Сталина’.
  2. Региональные заимствования
    Эти слова выполняют чисто практическую функцию — они возникли в реалиях советской Сибири и служат для именования новых для эстонцев понятий или возникают при погружении носителей в иноязычную среду: partsjezd — ‘партсъезд’, tulup — ‘тулуп’, samakonka — ‘самогонка’, krunt — ‘грунт’ (sic!). Многие слова этой группы проходят морфологическую адаптацию.
  3. Композиты
    Композиты занимают особое место в лексике сибирских эстонцев, они обладают самостоятельным лексическим значением, не зависят от контекста и часто не идентифицируются носителями языка как заимствования: võiboika — ‘маслобойка’.
Задачей исследования был поиск правильного подхода к систематизации русских заимствований в языке сибирских эстонцев, выявление основных факторов, влияющих на выбор носителями используемой заимствованной лексики. 
Доклад призван стимулировать обсуждение особенностей заимствований в«сибирском эстонском языке» и пробудить интерес слушателей к мемуарам сибирских эстонцев.
Собранный материал может послужить основой для дальнейших исследований.